В христианской среде часто можно услышать слова Писания: «Будьте святы, потому что Я свят» (1 Пет. 1:16). Это повеление Бога, и оно абсолютно ясно. Но здесь же кроется и главный парадокс христианской жизни: даже самый искренний верующий человек по своей падшей природе продолжает быть грешником. Апостол Иоанн прямо говорит: «Если говорим, что не имеем греха, – обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1 Ин. 1:8).
С одной стороны, наша святость — это дар благодати, полученный через веру в Иисуса Христа (Еф. 2:8-9). С другой стороны, с нас не снимается личная ответственность «поступать по Духу», чтобы не исполнять вожделений плоти (Гал. 5:16). Этот внутренний конфликт между дарованной праведностью и живущим в членах грехом заставляет церковь на протяжении веков искать способы защиты от зла.
В борьбе с грехом выделяются как бы две линии обороны.
Первый уровень относительно прост и понятен. Апостол Павел дает четкий маркер: «Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи... ни пьяницы, ни злоречивые... Царства Божьего не наследуют» (1 Кор. 6:9-10). Здесь логика прямая и понятная: если в жизни человека преобладают эти дела, значит, его вера либо мертва, либо находится в глубоком кризисе.
Но есть и второй уровень — не столь «поверхностный», как первый. Это система глубоких, внутренних правил, традиций и распорядков, которыми конкретная община пытается защитить себя и свою паству от разного рода греха. Именно здесь начинаются сложности.
Идея «монастырских стен» в поместной церкви
На первый взгляд, желание оградить паству от соблазнов мира выглядит благочестивым. История знает множество примеров, когда общины пытались жить по принципу «монастыря без стен», создавая закрытую субкультуру. Всем известные примеры на Руси — старообрядцы, в Америке — амиши. Подобные явления, в большей или меньшей степени, встречались и встречаются повсеместно. Как говорит Екклезиаст: «Нет ничего нового под солнцем» (Еккл. 1:9).
Желание защитить паству от греха приводило к введению строгих правил церковной дисциплины. В некоторых европейских странах, например, до сих пор не принято вешать шторы на окна. Когда-то предполагалось, что пастыри должны наблюдать за благочестием прихожан во все дни их жизни. В более жестких формах это порождало институты, которые сегодня мы бы назвали «духовной полицией» и ее высшей формой любви, чтобы исправить грешника — инквизицией.
Логика проста: если брат или сестра согрешает, его нужно «вырвать» из греха любыми доступными способами, вплоть до истязания плоти ради спасения их душ. В основе этого часто лежало очень искаженное понимание: «Если церковь (община, группа с её традициями) тебе не мать, то и Бог тебе не Отец».
Можно было бы списать это на действия «духовно мертвых» людей, не знающих Христа, но проблема на поверку куда глубже. Даже в общине, состоящей из рожденных свыше верующих, всегда будут люди разного духовного уровня. Апостол Павел пишет: «Я не мог говорить с вами, братия, как с духовными, но как с плотскими, как с младенцами во Христе» (1 Кор. 3:1-2). Духовный младенец может иметь и бороду, и богословское образование, но его методы «спасения» ближнего будут грубыми и плотскими.
Коррозия любви: как контроль заменяет благодать
В любой общине есть разные мнения. «Иной отличает день от дня, а другой судит о всяком дне равно. Всякий поступай по удостоверению своего ума» (Рим. 14:5). Но именно здесь кроется ловушка: всегда возникает соблазн ускорить духовный рост ближнего, навязав ему своё, «правильное» понимание веры.
Контроль и манипуляции, замаскированные под любовь и заботу о спасении грешника, могут принимать очень изощренные формы. И здесь не обязательно строить каменные стены. Достаточно построить стены невидимые, но вполне осязаемые. Люди начинают искать грехи друг у друга — и, конечно, находят, ведь все мы несовершенны, то есть грешны.
Внешний мир для такой группы становится «чужим». Чтобы попасть внутрь, нужно принять не только Христа, но и специфическое внутригрупповое понимание Христа и греха. Со временем такая община превращается исключительно в родственное сообщество («сват, брат, теща, муж»), закрытое для посторонних. Родственников не выбирают, а остальные (не столь духовные) там просто не смогут быть.
Крупные общины, обладающие большой инерцией, могут существовать столетиями. Малые же группы, построенные на таком принципе, вырождаются буквально за несколько поколений. Процесс этот цикличен и повторяется снова и снова, как и сама проблема греха в жизни святых.
Трагедия на стене
Здесь нет цели кого-то осудить. Скорее, это попытка показать проблему построения Царства Небесного на грешной земле силами грешных людей, пусть даже и искупленных Христом. Мы можем вполне искренне искать «сучки» в глазах ближнего и действительно находить их. Но часто ли мы замечаем такие же проблемы у себя?
Стремление строить духовные «стартапы» на правильном фундаменте всегда похвально, но результат порой выходит очень причудливым и совсем не тем. Руководствуясь самыми благими намерениями — охранять любовь и истину, — святые во Христе могут возводить непреодолимые стены и очень ревностно свергать с них грешников, подобных же себе.
Вместо заключения
Иллюстрация ниже — печальное напоминание о том, как легко благодать можно подменить законничеством, а желание святости превращать в строительство стен. Христос пришел не для того, чтобы возвести очередную стену между Богом и грешником. Он разрушил «стоявшую посреди преграду» (Еф. 2:14), чтобы открыть путь для всех верующих Ему. И вопрос к каждой общине сегодня: строим ли мы стены, отделяющие «святых» от «грешников», или указываем путь к Тому, Кто уже открыл дверь?
В церкви (поместной общине) может быть достаточно много тех, кого называют невозрожденными или младенцами в вере. Бог допускает таковых для возможного спасения, роста и, конечно, воспитания живой части общины. Усвоить сложный урок через ближнего, которого Бог отправил тебе, бывает очень непросто, но так необходимо. Если человек не хулитель Бога, верит в Христа и не отрицает основные постулаты христианской веры, к тому же относительно успешно держит первую часть внешней обороны против греха, то не стоит его записывать в исчадия ада по внутренним преданиям поместной общины и продвинутым взглядам местного духовенства.
Возрастание — это долгий и постоянный процесс, который нужен в одинаковой мере всем. Все равны перед Небесным Отцом. Большие и малые, сильные и слабые в вере. Без правильного основания — Христа — жизни в общине нет, будет религиозная имитация, жесткий контроль и всевозможные интерпретации и способы исполнения Закона (Торы) в различных формах. Не лишне всегда вопрошать Бога, проверять и задаваться вопросом: что и как строим мы?
К иллюстрации. «Труден путь в Царство Небесное, и немногие достигают его» (Мф. 7:14). Но так ли мы понимаем эти слова? Что если церковь становится непреступной крепостью со стенами, а не исцеляющей больницей для грешников?
«Не здоровые имеют нужду во враче, но больные» (Мф. 9:12).



Ответить с цитированием



