Вот то ж. Сколько ни переставляй местами слова Писания, сколько ни компилируй различные фрагменты, понятней не станет. Возможно, в языковой традиции того времени, когда оно было составлено, сказанное было интуитивно понятно. Но теперь расплылось.
Если вспомнить, что сердце в той традиции олицетворяло центр, "сердцевину, самое сосредоточие человеческой сущности, то можно было бы сказать. что в сердце "записан" сам способ, метод интерпретирования информации, которым рассудок пользуется при работе с ней. То есть, в сердце (не в куске мяса, разумеется, а в сокровенной глубине человека) содержится тот дух, который животворит букву. Возможно, это то, что Кант называл категорическим императивом.




Ответить с цитированием